Периодические посещения Стокгольма заставили по новому взглянуть на исторические корни того народа, к которому я себя, надеюсь небезосновательно, причисляю. На русских. Безалаберность, разгильдяйство, вольность и внешний вид аборигенов Швеции навели меня на веселые мысли о родственности наших душ. Я постоянно чувствовал себя в их столице абсолютно в своей тарелке.
Вот очередь на паром, которую в итоге запустили в трюм только за 5 минут до отплытия (и это повторялось в той или иной интерпретации каждый раз). 
Когда садишься на этот же паром с финской стороны, то еще 1.5-2 часа шляешься по нему после загрузки и скрашиваешь ожидание в единственном открытом до отплытия баре на одной из верхних «уличных» палуб (на лифте до 10 этажа и на корму, кто плавал, знают).
Вот пандус для колясок (?) на лестнице. Как и у нас — скорее для галочки он тут пришпандорен
Вот... вот просто еще несколько фоток. Приглядитесь
Вот в стиле Лебедева. Тут и указатель на люк, и сам люк, и знаки. Но знаки подпорчены...
В Стокгольме можно увидеть наших предков. Не русских. А человека. Тем, кто забыл, напоминаю: человек произошел не от обезьяны
Но вернемся к предкам русских
Все это радовало и вело к первоисточникам. Что же они говорят? Выдержка из Википедии. Статья Русские, параграф История.
Название «русские» происходит от народа Русь, по мнению составителя Повести временных лет — народа варяжского. Об этническом происхождении первых носителей этого названия ведутся споры: западные и многие российские учёные признают их скандинавское происхождение (см. норманизм), другие учёные считают их славянами, третьи — ираноязычными кочевниками (роксаланами), четвёртые — другими германскими племенами (готами, ругами и т. д.; подробнее см. ст. Русь (народ)).
Заглядываем в статью Русь (народ), читаем
важнейшими аргументами норманской теории являются имена первых русских князей и послов «Русского рода», перечисленных в русско-византийском договоре 912 года. А также сочинение Константина Багрянородного «Об управлении Империей» (ок. 949 г.), где приводятся названия днепровских порогов на двух языках: «росском» и славянском, где большинство «росских» названий обнаруживают скандинавское происхождение. Дополнительными аргументами норманистов являются так же многочисленные археологические свидетельства на территории России и слово "руотси/роотси" финнов и эстонцев, означающий на их языках Швецию, и которое должно было превратится именно в "русь" при заимствовании этого слова в славянские языки.
В историографии норманская гипотеза была сформулирована в XVIII веке немецкими академиками в Российской академии наук Г. З.
Байером, Г. Ф. Миллером и А. Л. Шлёцером. Этой теории так же придерживались Карамзин и вслед за ним почти все крупные русские историки XIX века.
Споры вокруг норманской версии временами принимали идеологический характер в контексте: могли ли славяне самостоятельно, без варягов-норманов, создать государство. В сталинское время норманизм в СССР отвергался на государственном уровне, но в 1960-х годах советская историография вернулась к умеренной норманской гипотезе с одновременным изучением альтернативных версий происхождения руси. Зарубежные историки рассматривают норманскую версию как основную.
Сторонники норманизма относят норманнов (варягов скандинавского происхождения) к основателям первых государств восточных славян — Новгородской, а затем Киевской Руси. Фактически это следование историографической концепции Повести временных лет (начало XII века), дополненное идентификацией летописных варягов как скандинавов-норманнов.
А так же, Археологические свидетельства (См. Рюриково городище): При археологических исследованиях слоев IX-X веков обнаружено значительное количество находок военного снаряжения и одежды викингов, обнаружены берестяные грамоты, множество свинцовых княжеских печатей, арабских, византийских и западноевропейских монет (в том числе три клада дирхемов), стеклянные, сердоликовые и хрустальные бусы, грецкие орехи, предметы скандинавских и общебалтийских типов (равноплечные, скорлупообразные и кольцевидные фибулы, железные гривны с молоточками Тора, бронзовые подвески с руническими надписями, серебряная фигурка Валькирии и др.), части весов, весовые гирьки.
И так далее.
Короче. Сами читайте, вникайте. А картина получается такая. Кто-то из обиженных аборигенов, проживавших на новгородчине позвал на помощь соседей варягов. Ну, как обиженный шкет зовет бугая Олега из соседнего двора, что б разобраться с гопниками. Шведы пришли. Основательно так пришли. С воинами, со своей иерархией, со своим уставом, фактически. И много их пришло. И обустроиться надо. И те, кто звал, те “славяне”, что тут проживали, отрабатывают перед Олегом (имя-то у соседа — шведское, как и Ольга — Ильга) свою дань, строят поселения, сражаются в качестве рядовых, совокупляются по желанию и по принуждению. Жизнь налаживается. Шведы из Константинополя привозят православие, переносят столицу в более плодородные и теплые края, в Киев. Ну, в дальнейшем Киевская Русь придет в упадок, развалится и тд, но главное-то уже произошло! Генетическая основа русичей (русских) заложена! И она, эта основа — шведская.
Для тех, кому лень лезть в Историю, процитирую:
В 862 (возможно чуть позже) варяги (по одной из версий знать из свиты Рюрика) плывшие в Константинополь, стремясь установить полный контроль над важнейшим торговым путем «из варяг в греки», устанавливают свою власть над Киевом. Летопись сохранила имена этих варягов: Аскольд и Дир.
В 866 (по датировке «Повести временных лет») Аскольд и Дир совершают поход на Царьград. Греческие источники, относящие этот поход к 860, связывают его с так называемым первым крещением Руси, после которого на Руси, возможно, возникла епархия, и правящая верхушка (возможно, во главе с Аскольдом) приняла христианство.
В 879 в Новгороде умер Рюрик. Княжение было передано Олегу (регенту при малолетнем сыне Рюрика Игоре).
В 882 по летописной хронологии, князь Олег, родственник Рюрика, отправился в поход из Новгорода на юг. По пути захватив Смоленск и Любеч, установив там свою власть и поставив на княжение своих людей. Сам же отправился дальше, убил Аскольда и Дира, захватил Киев, и объявил Киев столицей своего государства («И сел Олег, княжа, в Киеве, и сказал Олег: „Да будет это мать городам русским“.»); господствующей религией вновь стало язычество, хотя христианское меньшинство в Киеве сохранилось. Вещий Олег считается основателем Киевской Руси.
Олег покорил древлян, северян и радимичей, два последних союза до этого платили дань хазарам, но о конфликте Олега с хазарами Летопись не сообщает. В результате победоносного похода на Византию были заключены первые письменные договоры в 907 и 911, предусматривавшие льготные условия торговли для русских купцов (отменялась торговая пошлина, обеспечивалась починка судов, ночлег), решение правовых и военных вопросов. Были обложены данью племена радимичей, северян, древлян, кривичей. Согласно летописной версии, Олег, носивший титул Великого князя, правил более 30 лет, не считаясь с родным сыном Рюрика — Игорем. Тот занял престол после смерти Олега около 912 и правил до 945.
Игорь совершил два военных похода на Византию. Первый, в 941 году, завершился неудачно. Ему предшествовала так же неудачная военная кампания против Хазарии, в ходе которой Русь, действуя по просьбе Византии, атаковала хазарский город Самкерц на Таманском полуострове, но была разбита хазарским полководцем Песахом, и тогда повернула оружие против Византии. Второй поход на Византию произошёл в 944 году. Он завершился договором, подтвердившим многие положения предыдущих договоров 907 и 911 годов, но отменявшим беспошлинную торговлю. В 945 году Игорь был убит во время сбора дани с древлян. После смерти Игоря в силу малолетства его сына Святослава реальная власть оказалась в руках вдовы Игоря княгини Ольги. Она стала первым правителем Древнерусского государства, официально принявшим христианство византийского обряда (по наиболее аргументированной версии, в 957, хотя предлагаются и другие даты). Впрочем, Ольга около 959 приглашала на Русь германского епископа Адальберта и священников латинского обряда (после неудачи своей миссии они были вынуждены покинуть Киев).
Вот так я и почувствовал себя шведом, сначала просто глядя на их лица и постигая их менталитет, а потом еще и почитав первоисточники.
Конечно, я слегка утрирую, ощущаю я себя безусловно русским, но вот близость культур, блин, я все ж на себе ощутил.
Сгоняйте немедленно в Стокгольм, плз. Подтвердите или развейте мои ощущения)
